Причиной вымирания неандертальцев стала метисация

Причиной вымирания неандертальцев стала метисацияДополнительно к теме:
«РАСОЛОГИЯ» (рекомендовано к прочтению)
для широкого круга читателей

Неандертальцы – ископаемые люди, населявшие Средиземноморский регион, Юго-Западную Европу и Ближний Восток в период примерно с 200-го по 20-е тысячелетие до н.э. Получили своё название по долине Неандерталь, расположенной в Западной Германии. По антропологической классификации они являются палеоантропами – стадией развития человека, предшествующей человеку современного типа. С неандертальцами обычно связывают археологические культуры мустьерского типа.

Последнее известное свидетельство о неандертальцах было найдено в Гибралтаре и относится к 26 – 22 тыс. до н.э. Исчезновение неандертальцев обычно связывают с их вымиранием. Причинами вымирания указывают как климатические (холод, затопление, вулканическая деятельность и т.д.), так и антропогенные – истребление неандертальцев вторгшимися в Европу неоантропами (современными людьми). Последняя версия в СМИ названа палеогеноцидом.

Между тем, археологических доказательств массового вымирания неандертальцев не обнаружено. Нет так же и следов активных столкновений между неандертальцами и неоантропами. Более того, период освоения неоантропами просторов Европы растянулся во времени, начиная с 35-го тыс. до н.э. и заканчивая 22-м тыс. до н.э. То есть занял более 17-ти тысяч лет. Очевидно, если бы вымирание неандертальцев состоялось по какой-то катастрофической причине или по причине войны, то эти сроки были бы гораздо более сжатыми.

Да и в самой Европе археологическая картина, выписанная последовательным развитием археологических культур, выгляди не как резко разделённая смена мустьерских культур неандертальцев верхнепалеолитическими культурами неоантропов. Эта смена содержит в себе чрезвычайно продолжительный по времени этап смешанных археологических культур, называемый в науке – симбиотические культуры.

Это явление в той или иной степени получило освещение сразу в нескольких докладах, прозвучавших на II (XVIII) Всероссийском археологическом съезде (Суздаль, 2008 г.) [Тюняев, 2008], что говорит об определённом согласии исследователей, достигнутом учёными по данной позиции. Отражение последовательной сменяемости неандертальских культур культурами неоантропов, а также симбиотических форм промежуточного существования хорошо видно из доклада В.Н. Степанчука. Приведём несколько цитат.

В верхнем плейстоцене «к началу прилукского времени относятся: отщеповое леваллуа-мустье Королёво I:IV-а (Закарпатье), индустрия с листовидными остриями Кабази II: V/3 – VI/17, слой III Езуполя в Подолии и ряд др. Бугский горизонт (вюрм II) характеризуется сосуществованием многочисленных средне- и верхнепалеолитических индустрий. Среднепалеолитические памятники представлены в Крыму. Леваллуа-мустье представлено на Среднем Днепре. Наиболее ранний, скорее всего не Ориньякский, верхний палеолит Закарпатья датируется около 38 тыс. л.н. Некоторые верхнепалеолитические индустрии сходны со среднеевропейским селетом (Королёво II:2, Буран-Кая III:С). В дофинском горизонте средне- и верхнепалеолитические индустрии по-прежнему сосуществуют. На раннем этапе (32 – 28 тыс. л.н.) хорошо выражена пространственная закономерность: разнофациальные в индустрийном смысле среднепалеолитические поселения тяготеют к югу, а запад и, северо-запад и север Украины занят верхнепалеолитическими памятниками, принадлежащими ориньяку, граветту и архаическим или симбиотическим индустриям. На позднем этапе (28 – 22 тыс. л.н.) начинают резко преобладать памятники граветтской принадлежности. Причерноморский горизонт (вюрм III и IV), предшествующий максимуму ледниковья (22 – 19 тыс. л.н.), характеризуется сосуществованием эпиграветтских и эпиориньякских индустрий, сконцентрированных в зоне сухих степей» [Степанчук, 2008, стр. 91 – 92].

«Очевидная приуроченность древнейших местонахождений к горным районам – карпатскому и крымскому. Наиболее аргументированным представляется появление на Украине верхнепалеолитических памятников около 40 тыс. л.н. в Закарпатье. Более поздние ВП памятники относятся к граветту, ориньяку, а также к «переходным» симбиотическим индустриям. Граветтские памятники становятся доминирующими между 28 и 22 тыс. л.н. Есть основания полагать долгое переживание среднепалеолитических индустрий на юге страны, вплоть до 25 тыс. л.н., возможно, и позднее. Для периода 40 – 22 тыс. л.н. в целом характерна та же стратегия колонизации пространств, что и для предшествующего времени: устойчиво освоенными оказываются ареалы с мозаичным ландшафтом и первичными выходами сырья. Вместе с тем, картирование памятников показывает, что примерно с 32 тыс. л.н. начинается постепенное освоение открытых пространств с менее предсказуемыми биоресурсами и отсутствие первичных выходов каменного сырья. Существенный сдвиг произошёл между 22 и 19 тыс. л.н., когда население сконцентрировалось в зоне степи и, не исключено, покинуло горные ареалы. Сходная картина заселения характерна и для периода максимума ледниковья. Стратегия колонизации территории резко изменилась после 18 тыс. л.н. С этого момента территория Украины заселена повсеместно, вне зависимости от типа ландшафта и наличия выходов сырья. Изменения кажутся ещё более существенными, если принять во внимание доминирование тундрово-степных ландшафтов в это время. После 13 тыс. л.н. стратегия заселения остаётся сходной, но следует отметить явную концентрацию населения на северо-западе страны» [Степанчук, 2008, стр. 93].

Стоянка Заозёрье, расположенная в бассейне верхней Камы, датируется 33 – 31 тысяча лет до н.э. и относится к стоянкам неоантропов. Однако П.Ю. Павлов обнаружил здесь «изделия мустьерской морфологии», как известно, сопутствующие «неандертальцам» [Павлов, 2008, стр. 76]. Стоянка Гарчи I, расположенная на верхней Каме и датированная 27 тыс. до н.э., по инвентарю напрямую аналогична стоянке Сунгирь. Но, между тем, скрёбла относятся к мустьерской морфологии [Павлов, 2008, стр. 76]. На стоянке Бызовая также «в орудийном наборе отчётливо выделяются две технико-морфологические группы – мустьерская и верхнепалеолитическая. Мустьерская группа количественно доминирует» [Павлов, 2008, стр. 76]. «Определяющей чертой каменного инвентаря памятников начальных этапов верхнего палеолита является сочетание в гомогенных индустриях двух технико-морфологических групп изделий – верхнепалеолитической и мустьерской. Таким образом, их можно отнести к архаичным и симбиотическим индустриям РВП Восточной Европы… Мустьерские формы в индустриях РВП региона имеют прямые аналогии в среднепалеолитических комплексах восточного микока юга Русской равнины, Северного Кавказа и Крыма… Особого внимания заслуживает индустрия стоянки Бызовая. По технико-типологическим параметрам основной части каменного инвентаря она является среднепалеолитической, восточномикокской. В то же время, в инвентаре присутствуют верхнепалеолитические категории изделий» [Павлов, 2008, стр. 78].

Как видно из представленных цитат, из археологических данных следует, что мустьерские люди (в том числе и неандертальцы) через симбиотическую стадию перешли в верхний палеолит (неоантропы). При этом в симбиотическую стадию имело место активное скрещивание неандертальцев и сапиенсов (неоантропов). В.Н. Степанчук отчётливо производит все местные культуры симбионтов и неоантропов от местных же культур мустьерских людей (неандертальцев). А П.М. Долуханов стрелецкие индустрии также относит к индустриям переходного типа – от мустье к верхнему палеолиту [Долуханов, 2008]. Согласно правилам таксономии, носители «переходной» культуры «должны относиться к виду-предшественнику» [Васильев, 2008, стр. 43], то есть стрелецкая культура создана неандертальцами, обладавшими вместе с тем прогрессивными чертами сапиенсов.

Аналогичная картина складывалась на Алтае: «Основные параметры и характер распространения индустрий ранней поры верхнего палеолита в южных районах Сибири позволяют предположить, что в эту эпоху здесь было единое культурное пространство, в котором технокомплексы развивались на основе местных культурных традиций в процессе постоянных контактов различных групп первобытного населения. Наиболее полная картина развития верхнепалеолитических традиций прослежена на территории Алтая. К востоку от него – в Средней Сибири и Забайкалье – достоверные комплексы ранней поры верхнего палеолита представлены уже редуцированным набором характерных для этой эпохи технико-типологических показателей» [Шуньков, 2008, стр. 99].

Возвращаясь в Европу, проследим последовательность смены археологических культур неандертальцев и неоантропов. Смена неандертальских эпох в чистом виде представлена на территории Испании и Южной Франции: ашель – мустье – селета – граветт – солютре – мадлен – азиль – астурий – кухонные кучи. Кухонные кучи на юго-восточном побережье Испании датированы 2500 лет до н.э. [Тюняев, 2006 – 2009]. Культура сапиенсов (неоантропов) сменялись так: Костёнки – Сунгирь, Гагарино, Елисеевичи (35 – 30 тыс. до н.э.) – Авдеево, Зарайск (21 – 20-е тыс. до н.э.) – Юдиново (13-е тыс. до н.э.) – Рессета (округа Москвы, 11 – 9-е тыс. до н.э.) – Иенево (с центром в Москве, 10 – 6-е тыс. до н.э.) – верхневолжская культура – волосовская культура (4 – 2-е тыс. до н.э.).

В Западную Европу, на земли неандертальцев неоантропы пришли примерно 35 тысяч лет назад и создали спектр ориньякских культур. Эти культуры развивались синхронно с культурами мустье – селета неандертальцев. Но больше сращивались с последними, образуя симбиотические культуры. К ним можно отнести археологические культуры Западной Европы, начиная уже с селеты: она уже не считается культурой неандертальцев, но наследует мустьерской культуре.

Проиллюстрируем сказанное следующим. Археологи Д. Гаррод и Т. Мак-Коуна в начале 20-го века, в Палестине, на горе Кармел, в пещерах Козья (Схул; 30 тыс. л.н.) и Печная (Табун; 40 тыс. л.н.) обнаружили останки древних людей. Насельники Печной пещеры были неандертальцами, а пещеры Схул приобрели значительное количество признаков неоантропа (включая средний рост 175 см), оставаясь гибридами. В частности, историк Н.Я. Эйдельман заметил: «Одни признаки их как будто тяготеют к белой расе, но тут же рядом негроидные, монголоидные и совершенно неизвестные черты… Лицевые углы, размеры голов, формы носов у всех десяти находятся в самых причудливых сочетаниях». Позднее выводы, сделанные при исследовании пещер Схул и Табун, были полностью подтверждены новыми находками в том же географическом ареале и в тех же временных слоях почвы.

Сравнивая краниологический материал мезолита и неолита Русской равнины и Центральной Европы, Т.И. Алексеева сделала вывод, что «сходство в остальных признаках столь велико, что не остается сомнения в генетических связях носителей этого европеоидного, я бы сказала, несколько архаичного типа, широко распространенного на территории Европы и даже за её пределами» [Алексеева, 1997]. То есть антропологи фиксировали возможную неандерталоидность, принимая её за некие архаичные черты. Сказанное подтверждают и данные из могильника Ясиноватка, который является наиболее древним среди других могильников днепро-донецкой культуры. Причём, содержащиеся в нём погребения неодновременны и разделены периодом в 500 лет (период А и В).

Исследуя данные из Ясиноватки, И.Д. Потехина у черепов из более древних погребений выделила два разных антропологических типа. Важным представляется то обстоятельство, что различие в антропологических типах связано с половой принадлежностью погребенных. Мужские черепа – европеоидные – обладают очень крупным продольным диаметром (198,5 мм), выраженной долихокранией (70,5), широким (147,5 мм) и резко профилированным в горизонтальном сечении лицом. Женские черепа – неандерталоидные – характеризуются небольшим продольным диаметром (176,5 мм), выраженной мезокранией и узким лбом [Потехина, 1988]. Рядом были также обнаружены захоронения детей, имеющих явные гибридные признаки.

Итак, разобравшись с археологическим контекстом сосуществования неандертальцев и неоантропов (людей современного типа), мы выяснили, что эти два вида человека длительное время сосуществовали вместе не только на одной территории, но и на одних и тех же археологических памятниках. И такое сосуществование проходило, по меньшей мере, 17 тысяч лет и закончилось, как это, вроде бы, общепринято, вымиранием одного из видов-симбионтов – неандертальцев.

Между тем, достаточно внимательно прочитать материалы специалистов, допустим, опубликованные в Материалах II (XVIII) Археологического съезда, как выясняется, что на позиции вымирания неандертальцев почти никто из учёных не стоит. Но исчезновение неандертальцев признаётся. Такое возможно только при условии растворения одного вида в другом вследствие имевшей место длительной метисации. Такое предположение подтверждается и современными генетическими исследованиями: к 2010 году оказалось, что современные люди, живущие к северу от Сахары, несут в себе от 1 до 4 процентов генов неандертальцев, а у живущих к югу от Сахары нет следов неандертальской ДНК [Paabo et al., 2010].

Рис. 1. Верхний ряд – французский актёр Жерар Депардье; нижний ряд – неандерталец (реконструкция).

Проводя исследования, группа учёных под руководством Сванте Паабе из Института Макса Планка (2010) сравнила генетический материал неандертальцев с генами людей, живущих сейчас в ЮАР, Кении, Китае, Франции и Папуа-Новой Гвинее. Оказалось, что из этой группы у жителя Франции доля «неандертальских» генов в общем коде максимальна и составляет до 4 процентов, а у нынешних обитателей Африки – минимальная и составляет 1 процент. По мнению Паабе, это свидетельствует о смешивании неандертальцев с современным человеком [Pääbo et al., 2010].

Теперь, на основании таких генетических данных, некоторые исследователи полагают, что неандертальцы и люди составляют один биологический вид. «Я бы рассматривал их как вид людей, который немного отличается от человека современного, но не сильно», – считает Сванте Паабо. По мнению этих же исследователей, скрещивание видов должно было происходить по меньшей мере 45 тыс. лет назад. То есть как раз в то же самое время, когда в Европе и на Ближнем Востоке были распространены симбиотические индустрии (см. выше). Исходя из этого, рассмотрим, каким мог быть механизм вымирания неандертальцев.

В любом случае – один ли вид составляли неандертальцы и неоантропы или два разные – их хромосомы имеют некоторые различия. Эти различия в генотипе каждого из видов формируют соответствующие различия, проявляющиеся во внешнем и внутреннем строении организма. Последствия воздействия этих генетических различий учитывается эмпирическим правилом Холдейна [Haldane, 1922; Coyne, 1994; Laurie, 1997]. Оно сводится к подавленности жизнеспособности или плодовитости гетерогаметного (например, XY) пола относительно гомогаметного (XX) пола. То есть, если среди гибридов нежизнеспособен или неплодовит только один из полов, то это гетерогаметный пол (у человека – мужчины). Правило Холдейна остаётся верным для самых разнообразных организмов (млекопитающие, птицы, бабочки, дрозофила), не зависимо от того, какой пол является гетерогаметным [Coyne, Orr, 1989].

Есть разные объяснения этого правила. Одна группа объяснений представляет теорию доминантности [Turelli, Orr, 1995]. Она основывается на существовании согласованного функционирования аутосомных генов и генов X-хромосомы. Продукты экспрессии многих аутосомных генов включаются в биохимические метаболические цепи только при наличии экспрессии соответствующих генов X-хромосомы, то есть некоторые аутосомные гены в отсутствие «своей» X-хромосомы не работают. Отсутствие X-хромосомы одного из родительских видов у гетерогаметного гибрида приводит к эпистатическому подавлению экспрессии отцовских аутосомных генов [Haldane, 1922].

В других работах правило Холдейна объясняется, исходя из предположения, что причиной диплоидности является страховка клеток многоклеточного организма от соматических мутаций. В гомозиготном локусе диплоидного генома, свободном от вредных наследственных замен, происходит маскировка вновь появляющихся вредных мутаций (как в зародышевой, так и в соматической линиях) в одной из двух аллелей за счёт нормальной работы другой аллели [Orr, 1995]. В гетерозиготном локусе, где одна из аллелей уже содержит вредную замену и не функционирует нормально, новые мутации во второй (нормальной) аллели будут фенотипически проявляться. Это означает, что существуют критические величины гетерозиготности, превышение которых приводит к снижению жизнеспособности особей [Горшков и Макарьева, 1999].

Виды растений и животных часто различаются по транслокациям, инверсиям и другим перестройкам, которые в гетерозиготном состоянии вызывают полустерильность или стерильность. Степень стерильности пропорциональна числу независимых перестроек. Так гетерозиготность по одной транслокации даёт 50%-ную стерильность, по двум независимым транслокациям – 75%-ную стерильность и т.д. Причём генетический анализ некоторых межвидовых гибридов растений показывает, что нередко у одного гибрида наблюдается одновременно и хромосомная, и генная стерильность [Грант, 1980]. Если такая возможность присутствует и у животных, то это обстоятельство только усугубляет вероятность наступления стерильных последствий для гибридов.

В случаях, когда некий межвидовой гибрид достаточно жизнеспособен и способен к размножению, поколения его потомков будут содержать значительную долю нежизнеспособных, субвитальных, стерильных и полустерильных особей. Эти типы представляют собой неудачные продукты рекомбинации, возникшие при межвидовой гибридизации. Такое подавление мощности и плодовитости в гибридном потомстве называют разрушением гибридов (hybrid breakdown).

Разрушение гибридов – последнее звено в последовательности преград, препятствующих межвидовому обмену генами. Разрушение гибридов неизменно обнаруживается в потомстве межвидовых гибридов у растений, где его легче наблюдать, чем при большинстве скрещиваний у животных [Грант, 1980].

Относительно численности неандертальцев учёные из Института эволюционной антропологии имени Макса Планка под руководством Сванте Паабо исследовали митохондриальную ДНК этих палеоантропов (останки которых были найдены на территории от Испании до России). Расшифровано около 16,565 тысячи нуклеотидов в каждой из мтДНК, различия в которых составили всего 55 единичных нуклеотидов. То есть различия между двумя неандертальцами составляют в среднем 20 нуклеотидов (для сравнения, различия среди современных людей достигают 60). Малое разнообразие этих ДНК указывает на то, что популяция неандертальцев имела сравнительно небольшие размеры – всего 70 тысяч человек.

Для сравнения численность неоантропов на Русской равнине в период с 40-го по 20-е тыс. до н.э. увеличилась с 45 тыс. человек до 700 тысяч человек [Тюняев, 2007]. Даже если в Европу в виде носителей оринькской культуры двинулось несколько тысяч неоантропов, то этого количества вполне хватило бы для фатальной гибридизации.

Таким образом, неандертальцы вымерли в результате того, что они стали скрещиваться с пришедшими в места их расселения неоантропами. Получившиеся метисы (гибриды) со временем всё больше и больше теряли способность к получению потомства. Поскольку неандертальцев было меньше, чем неоантропов, то вымерли именно они. Этот процесс, называемый разрушением гибридов, стоит на страже того, чтобы природа не содержала метисных особей. Выживает тот вид, который не скрещивается с другими видами (вид – здесь понятие не биологическое, а условное).

Литература:

1.Алексеева Т.И., Неолит лесной полосы Восточной Европы (Антропология Сахтышских стоянок). — М.: Научный мир, 1997.

2.Васильев С.В., Гейдельбергский человек: кто, где, когда // Труды II (XVIII) Всероссийского археологического съезда. Суздаль. – 2008 г. – Т. I. Стр. 42 – 45.

3.Горшков В.Г., Макарьева А.М., Правило Холдейна и соматические мутации. Генетика. – 1999. – Т. 35. № 6. Стр. 725 – 732.

4.Грант В., Эволюция организмов. М.: Мир, 1980. 480 с.

5.Долуханов П.М., Первоначальное расселение Homo sapiens в Северной Евразии. Геохронологические аспекты // Труды II (XVIII) Всероссийского археологического съезда. Суздаль. – 2008 г. – Т. I. Стр. 61 – 62.

6.Павлов П.Ю., Начало верхнего палеолита на северо-востоке Европы // Труды II (XVIII) Всероссийского археологического съезда. Суздаль. – 2008 г. – Т. I. Стр. 74 – 79.

7.Потехина И.Д., Краниологические материалы из неолитического могильника Ясиноватка на Днепре // Сов. археология. 1988. № 4. С. 18 – 25.

8.Степанчук В.Н., Динамика культурных трансформаций в палеолите Украины // Труды II (XVIII) Всероссийского археологического съезда. Суздаль. – 2008 г. – Т. I. Стр. 90 – 93.

9.Тюняев А.А., История возникновения мировой цивилизации (системный анализ). 2006 – 2009 гг.

10.Тюняев А.А., Численность населения в палеолите и мезолите, «Научное обозрение», изд. «Наука», № 3, 2007 г.

11.Тюняев А.А., Обзор Трудов II (XVIII) Всероссийского археологического съезда, прошедшего в Суздале 20 – 25 октября 2008 года. Часть I. Палеолит, «Organizmica» (web), № 12 (72), декабрь 2008 г.

12.Шуньков М.В., Распространение ранних верхнепалеолитических традиций в Северной Азии // Труды II (XVIII) Всероссийского археологического съезда. Суздаль. – 2008 г. – Т. I. Стр. 97 – 99.

13.Coyne J.A., Rules for Haldane`s rule // Nature. 1994. V. 369. P. 189.

14.Coyne J.A., Orr H.A., Two rules of speciation // Speciation and Its Consequences / Eds Otte D., Endler J.A. Sinauer Associates, Sunderland. 1989. P. 180 – 207.

15.Haldane J.B.S., Sex ratio and unisexual sterility in hybrid animals // J. Genet. 1922. V. 12. P. 101 – 109.

16.Laurie C.C., The weaker sex is heterogametic: 75 years of Haldane`s rule // Genetics. 1997. V. 147. P. 937 – 951.

17.Orr H.A., Somatic Mutation Favors the Evolution of Diploidy // Genetics. 1995. V. 139. P. 1441 – 1447.

18.Pääbo et all, 2010. Richard E. Green, Johannes Krause, Adrian W. Briggs, Tomislav Maricic, Udo Stenzel, Martin Kircher, Nick Patterson, Heng Li, Weiwei Zhai, Markus Hsi-Yang Fritz, Nancy F. Hansen, Eric Y. Durand, Anna-Sapfo Malaspinas, Jeffrey D. Jensen, Tomas Marques-Bonet, Can Alkan, Kay Prufer, Matthias Meyer, Hernán A. Burbano, Jeffrey M. Good, Rigo Schultz, Ayinuer Aximu-Petri, Anne Butthof, Barbara Höber, Barbara Hoffner, Madlen Siegemund, Antje Weihmann, Chad Nusbaum, Eric S. Lander, Carsten Russ, Nathaniel Novod, Jason Affourtit, Michael Egholm, Christine Verna, Pavao Rudan, Dejana Brajkovic, Željko Kucan, Ivan Gušic, Vladimir B. Doronichev, Liubov V. Golovanova, Carles Lalueza-Fox, Marco de la Rasilla, Javier Fortea, Antonio Rosas, Ralf W. Schmitz, Philip L. F. Johnson, Evan E. Eichler, Daniel Falush, Ewan Birney, James C. Mullikin, Montgomery Slatkin, Rasmus Nielsen, Janet Kelso, Michael Lachmann, David Reich, Svante Paabo. A Draft Sequence of the Neandertal Genome. Science. 7 May 2010: Vol. 328 no. 5979 pp. 710 – 722. www.sciencemag.org

19.Turelli M., Orr H.A., The dominance theory of Haldane`s rule // Genetics. 1995. V. 140. P. 389 – 402.

Ссылки по теме:

■Брока Поль Пьер. Человечество – один вид или несколько?

■Известный музыкант Оззи Осборн подтвердил гипотезу Андрея Тюняева.

■Н. Шрайбер, Смешанные браки – трагичная безысходность.

■Здоровье. Смешанные браки.

■А.А. Тюняев, А.А. Хадарцев, Группы крови – вирусно-генетическое заболевание человека, обезьян и других животных.

■А.А. Тюняев, А.А. Хадарцев, Опыт применения новых данных о группах крови в судебной практике.

■А.А. Клёсов, А.А. Тюняев, Происхождение человека по данным археологии, антропологии и ДНК-генеалогии.

■А.А. Тюняев, Доклад в Институте проблем экологии и эволюции РАН «Экологические и эволюционные аспекты распределения частот групп крови».

■А.А. Тюняев, Возможности систем генетического управления на примере функционирования систем групп крови.

■А.А. Тюняев, Родственные связи древнерусского праязыка и их культурологические проявления.

■А.А. Хадарцев, А.А. Тюняев, Связь хромосомных мутаций с различными видами патологий.

Антропология

Разделы Организмики

Причиной вымирания неандертальцев стала метисация

Андрей Тюняев, президент Академии фундаментальных наук (Москва),

Постоянная ссылка: http://abbreviator.ru/?p=112

Дополнительно к теме:

Русь. Лето 7519 (дополнено 7521)

Запись опубликована в рубрике ДОМ, СЕМЬЯ, НАУКА, ТЕХНИКА, ОБЩЕСТВО с метками , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

8 + пять =

Карусель записей